Американский психиатр Джон Мэк о феномене «похищений пришельцами» и мировоззрении

Мой метод работы

Со всеми пациентами я работаю одинаково. Что я делаю сначала, это спрашиваю, что вас сюда привело… И они отвечают: мой терапевт считает, что я испытываю то, о чём Вы пишите, или говорите. Или… например, что всю мою жизнь, мои родители говорили, также в период детства, что определённые события были только снами… Т.е. я принимаю во внимание историю, не только сам опыт или симптомы, если хотите, того, что заставляет их думать, что они принадлежат к этой категории людей, но также всё о них самих — их жизнь, какие у них отношения с людьми, работа, личная жизнь, т.е. что делают специалисты по здоровью при любой оценке. И тогда я возвращаюсь к их опыту, подробным деталям. Это обычно занимает около часа, полтора. И тогда, в зависимости от ситуации, я или прошу их придти в другой раз, для продолжения опроса лицом к лицу, может привести с собой родственников, чтобы проверить показания, что люди не склонны придумывать истории и что им можно доверять. И тогда много воспоминаний по поводу пережитого всплывают в сознании сами собой. Но некоторые где-то глубоко и их трудно вспомнить. Они видят этот… свет над озером и он очень значительный и важный, и тогда… они чувствуют что что-то случилось, но не очень уверены что. И тогда я провожу релаксацию, — то, что люди называют гипнозом. Я делаю упражнение по релаксации, называемое регрессией иногда. И достаточно часто эти события вспоминаются с бОльшими подробностями. Не просто из-за гипноза, но гипноз как бы выявляет больше деталей того, что я уже слышал. Он часто позволяет человеку выразить некоторые эмоции, лежащие в подсознании, и также получить более ясную картину того, что вроде бы произошло. И эта первая сессия гипноза обычно является настоящей встряской для человека, наподобие вашей беседы прошлой ночью. Потому что подробности, которые всплывают, являются настолько мощными и настолько бесспорными, что человек больше не может жить в состоянии отрицания, в котором он был. Большое преимущество релаксации в том, что эмоции, которые всплывают, являются настолько интенсивными, яркими и настолько бесспорно связаны с чем-то реальным, что… если вы будете в комнате, когда это происходит, не только я один, но любой, кого я пригласил, выходит со словами: я не знаю… что-то здесь действительно случилось, я не могу объяснить и так далее.

Испытавшие меняются

И… как я сказал, я имел сотни подобных случаев. И, как работает наука, — выявляется повторяющийся сценарий, который имеет определенную устойчивость. Не все случаи одинаковые. Некоторые более травматические, другие более духовно направленные, третьи более связаны с экологией, имеют апокалиптические образы. Но здесь повторяется базовая история, — как я вижу после нескольких сот случаев, — и в США, и в других странах. И всё это сливается в общую картину, имеющую в себе прочную… форму истины.

Иногда человек продолжает приходить, с некоторыми мы становимся друзьями и встречаемся из года в год. Они склонны интегрировать пережитое в жизнь, а сам опыт приуменьшать, активный опыт. Если что-то случается они приходят опять. У меня складывается впечатление, что переживания, подобные буквально взятию на космический корабль, сейчас происходят реже. И что сами переживания становятся более субтильными, наподобие шара света, имеющего информацию, или как духовное раскрытие, или люди становятся… более как учителя, в результате их опыта.

Наше представление о мире терпит крах

В рамках нашей культуры подобные феномены просто не возможны. Ну и что! Почему я должен обращать своё внимание на культуру, которая и так терпит крах. Мы должны поддерживать её предположения о бытии не более, чем её военную доктрину или позицию по отношению к окружающей среде, или по отношению к экономике, или по отношению к любым другим аспекта нашего общества, которое явно разваливается на части. И единственное что остаётся — это представление о бытии, которое является причиной всех остальных проблем. Но что этот феномен делает, это начинает атаковать то, что является реальной проблемой, т.е. ограниченное представление о бытии. И он говорит нам что реальность это не только то, что мы о ней думали. И из этого исходят огромные последствия, т.е. что мы живем во Вселенной, которая не такая ограниченная, но которая более изобильная, и что если мы будем беспокоиться о Земле и друг о друге, с любовью, то здесь всего будет достаточно для всех. И это меняет сами принципы того как вели бы себя корпорации, как вели бы себя страны, армии, и мы не разрушали бы Землю, мы жили бы дружно, совместно переживали бы сакральность реальности, сакральность природы. А разрушение ради коммерческих интересов считалось бы святотатством.

Весь этот феномен, это, в каком-то смысле, последний гвоздь, забитый в крышку гроба нашего представления о мире. Всё остальное, что терпит крах, — терпит крах из-за несостоятельности нашего представления о мире. А теперь и само представление о мире терпит крах.

Определение реальности

Ну и что? Представление о том что возможно, исходит из мировоззрения. Это всё условно. Культура решает что является реальным. Что реально для этой культуры может совершенно отличаться от того, что является реальностью для американских индейцев, или реальностью для тибетских буддистов, или реальностью для гавайских кахуна и так далее. Мы имеем один набор идей о том, что реально. Очень ограниченный. И становящийся более и более ограниченным, по мере того как проходят столетия. Как сказал поэт Рильке, что чувства, посредством которых мы можем знать духовный мир, атрофировались. Потому что мы даже не имеем структуры в нашей способности восприятия для познания большей реальности. Это словно мы потеряли сами чувства, посредством которых могли знать за пределами этого ограниченного физического горизонта. И потому теперь я не испытываю уважения к доминирующему сегодня взгляду на мир, потому что он условен. Он сформировался в определённое время для решения определённых проблем. Этот конкретный взгляд на мир, который мы называем научным материализмом, являющийся сегодня доминирующим мировоззрением, сформировался для решения определенных проблем, в определенное время. Проблемой было то, что церковь доминировала над мышлением и если кто-то, наподобие Галилео, говорил, что-то там о Луне и Юпитере, поддерживая Коперника, что Земля не центр Вселенной, когда церковь пытается сделать человека центром Вселенной, т.е. это была тирания идей, на тот момент. И наука стала тогда способом документирования ограничений ограниченного, в то время, превалирующего теологического мировоззрения. Наука тогда стала, материальная наука, тогда стала подрывом, если хотите, для старого взгляда на вещи. И так постепенно, начиная от 15-го, 16-го, 17-го веков, духовное, точнее религиозное мировоззрение стало отступать перед научным. Но они как бы сосуществовали рядом, это была, некоторое время, как бы идея, что есть духовный мир, который церковь и психологи могли знать. Т.е. ученые касались только материального мира. Но постепенно, с 16-го по 20 век, всё духовное знание было отодвинуто в сторону и научный способ познания стал единственным способом познания. И взгляд на бытие всё более и более сужался, так как способ познания становился более и более ограниченным. Образно говоря, духовного ребёнка выплеснули вместе с религиозной водой.

Наше представление о мире

Потому я стал всё меньше уважать доминирующее мировоззрение, потому что я стал понимать, что прежде всего, с клинической точки зрения, мировоззрение просто не выдерживает критики. Эти люди… я верю пациентам больше, чем я верю нашему мировоззрению. Они куда более убедительны. У меня бы не было основания верить нашему мировоззрению, но я был индоктринирован ему верить с ранего детства. Но как только я понял что это просто программирование моего мышления, и это не было основано ни на каком фактическом знании, кроме так называемых «законов,» которые являются только частью научного материалистического мировоззрения, я начал терять к этому уважение. Не потому что этому нет места — наука имеет своё место, в разработке медикаментов и оружия, и так далее, — но в смысле способности материалистического мировоззрения обеспечивать хорошую жизнь, поддерживать жизнь на Земле, объяснять такие феномены как внетелесный опыт при клинической смерти, похищения пришельцами… оно просто не работает. Это мировоззрение не способно объяснить никакие… оно справляется с очень немногим. И это мировоззрение, которое должно было бы позаботиться… Всё больше и больше я теряю уважение к этому мировоззрению, которое не было способно решить ни одну из этих… не то чтобы решить… это не совсем то слово… оно не может справиться со всем этим. В 14-м веке чёрная смерть, чума, прошла по всей Европе и убила треть населения и церковь не имела что предложить. И черная смерть, которая появлялась опять, даже во времена Галилео, — есть сведения о чуме в его времена, — это было ясно что старый путь, путь церкви, был неадекватен при встрече с реальностями материального мира и болезнь — одна из них. Но теперь мы имеем другие проблемы. Не то чтобы мы можем уже вылечить от всех болезней, но хотя бы мы знаем для чего хороша наука, в этом смысле. Но теперь мы имеем целый набор проблем. Взаимоотношения групп людей, ядерное оружие, аномалии… всякого рода аномалии, которые необъяснимы… экономические вопросы, вопросы правосудия — ни одни из них не рассматриваются научным материалистическим мировоззрением, которое… скорее похоже на оболочку от мировоззрения, если подумать, это не мировоззрение вообще. Свести знание о реальности до чисто материального мира… но как по поводу всего мира эмоций, духовного мира, мира субатомных… квантового мира. Квантовая физика, как вы слышали на конференциях, квантовая механика сама по себе подрывает доминирующее представление о материалистическом мире. Потому что если посмотреть в субатомной реальности, то там ничего нет, там нет материального мира — только возможности и вероятности. Волны… и… частицы, являющиеся нелокальными и не связанными материальными связями. Новые открытия в физике, если их серьёзно рассмотреть, просто подрывают доминирующее мировоззрение, как и феномен, о котором я говорю.

Я не могу бороться с предубеждениями

Когда имеешь дело с людьми, которые приходят с предубеждением и стоящим позади доминирующим мировоззрением, и не проделали предварительного исследования, лично, то какой смысл имеет дискуссия с ними? Это, знаете, как иметь дело с тяжёлой артиллерией, — доминирующим мировоззрением. Они имеют больше дивизий чем я, так ведь? Потому с моими инструментами… я не могу выиграть против военных атак со строны доминирующего мировоззрения. Я могу работать только когда есть некая открытость мыслей, сознания, понимаете?

Страницы: 1 2


Станьте нашим подписчиком и получайте новости уфологии на почту!

Комментарии Facebook, Twitter, Google, Disqus / правила

© Новости Уфологии, 2011—2020. Все права защищены.
Полное или частичное использование любых материалов сайта Новости Уфологии допускается только с письменного согласия владельцев Новости Уфологии. При копировании материалов сайта активная ссылка на http://ufology-news.com обязательна. Ответственность за содержание рекламных объявлений, в том числе баннеров, размещенных на веб-сайте Новости Уфологии, несет рекламодатель.

Главная  |  О проекте  |  Карта сайта  |  Форум  |  Обратная связь